Осложнения при лечении больных хроническим алкоголизмом антабусом. (Антабусные психозы. Наблюдение второе)

Больной О-в А. Н. 1919 года рождения, поступил в больницу 10 фев­раля 1958 г. с жалобами на болезненное влечение к алкоголю. До поступ­ления в больницу лечился апоморфином, после чего не пил 5 месяцев. Больной рос и развивался правильно. Окончил вуз. Работает на заводе в течение 20 лет руководителем отдела, являясь талантливым конструкто­ром, успешно работающим в своей области. В 1944 г. попал в автомо­бильную катастрофу, ушиб голову. Женат, имеет 2 детей. Спиртные на­питки начал употреблять с 16 лет. Злоупотребляет алкоголем с 1946 г. Абстинентный синдром с 1947 г. Неоднократно попадал в вытрезвитель. Пил почти ежедневно. В состоянии опьянения агрессивен.


Физическое состояние: тоны сердца приглушены. Печень увеличена на один палец, выходит из-под края правого подреберья, край плотный, безболезненный.


Нервная система: реакция зрачков на свет вяловатая. Резкое пошатывание в пазе Ромберга. Тремор пальцев рук в умеренной сте­пени.


Психическое состояние: эмоционально неустойчив, досту­пен, контактен, правильно отвечает на вопросы. Критика к своему состоя­нию снижена, больным себя не считает. Поступил в больницу только по настоянию жены, а сам лечиться не хочет, заявляя, что ему в больнице делать нечего. Весьма раздражителен, легко возбудим. Бредовые идеи и обманы чувств отрицает. В период с 11 февраля 1958 г. по 16 февраля 1958 г. принимал антабус по 1 г в день. С 17/11 1958 г. отмечалась неболь­шая сонливость. Высказывал твердое решение воздержаться от приема алкоголя. В отделении вел себя правильно и 22/11 1958 г. по просьбе род­ственников был выписан в удовлетворительном состоянии. Антабус-алко- гольной пробы не проводилось.


Комментарий: Не ждите печальных последствий. Примите меры по борьбе с алкоголизмом, позвонив в «Первую клинику».


Затем, спустя 2 дня, поступил в клинику повторно, так как после вы­писки неправильно себя вел, был возбужден, тревожен, испытывал страх. Полагал, что ему угрожает опасность. Испытывал зрительные и слуховые галлюцинации. 24 февраля больной растерян, не понимает, что с ним тво­рится. Сознание нарушено. Стереотипно повторяет фразу: «Пошел на работу в одну дверь, вышел в другую». Весьма насторожен. Не всегда отвечает на вопросы. Стереотипно повторяет имя врача. Испытывает слуховые галлюцинации: слышит голос жены. Положительный симптом Липмана (видит жену). Пульс учащен—108 ударов. АД 160/80. Язык об­ложен. Температура субфебрильная. Со слов жены, после выписки из больницы больной не спал. На другой день пошел на работу, но сослу­живцы заметили его неправильное поведение. Больной при этом уверял, что его должны судить, ибо он украл автомашину. Был подозрителен, ра­стерян. 25/11 больной был спутан, дезориентирован, беспокоен, наблюда­лось речевое и моторное возбуждение. Временами вскакивал с постели, пытался удариться головой о стену, о кровать. Жестикулирует, поет песни, выкрикивает какие-то фамилии, галлюцинирует. Видит через смеж­ные комнаты пальцы своих рук, испытывает страх, переговаривается с галлюцинаторными голосами. Сон тревожный. Больному назначено лече­ние аминазином по 100 мг в день. Все последующие дни больной был растерян, несколько оглушен. Не сразу отвечал на вопросы или отвечал скупо, односложно и лишь при повторном напоминании. На вопрос, ка­кое у него настроение, отвечал: «Хорошее, идем ко дну». Нелеп, дураш­лив. Мышление разорванное. Высказывает бредовые идеи величия. Счи­тает, что он великий математик. Однако, эти идеи не были стойкими. Вре­менами высказывал идеи преследования. Указывал, что за ним следят, «посадят его в шарик в скульптурной фигуре». Критика к своему состоя­нию отсутствует. С 3 марта состояние начало улучшаться. Однако,


12 марта 1958 г. вновь был несколько напряжен, раздражен, высказывал бред преследования, где основными действующими лицами являлись вра­чи, персонал и в основном лечащий врач. Считал, что его в больнице окол­довали. С врачом разговаривал с возмущением. 13 марта спокоен, несколько эйфоричен, дурашлив. Считает, что вокруг него в больнице происходит «эстафета, запущенная кем-то враждебным». Затем начали проявляться проблески критики. Считал, что он психически болен. К род­ственникам и друзьям относится тепло. Полагал, что его гипнотизируют, с помощью гипноза узнают его мысли. На кровати видел «профессора- консультанта». 15 марта состояние больного значительно улучшилось. Исчезла растерянность, негативизм, оглушенность, появилась критика к своему состоянию, хоть и недостаточная. Думает, что его неправильно ле­чат, хотя в этом твердо не убежден. Больной пытается диссимулировать свое состояние.


17 марта больной стал эйфоричным. Быстро говорит, заявляет, что у него быстро текут мысли, очень быстро бежит время. Все свои болез­ненные переживания в предшествущие дни объясняет болезнью. Считает, что он сейчас еще не вполне из него вышел. 18 марта—эйфоричен, не­сколько расторможен, вежлив с врачом, однако полной критики нет. С 19 марта 1958 г. психотические явления у больного исчезли, появилась критика к своему состоянию, исчез бред, галлюцинации. В удовлетвори­тельном состоянии 30 апреля 1958 г. был выписан домой на работу.